Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

редька

без названия ( продолжение )

      Всегда остаётся что-то на последний момент. Поэтому от Савла выехали позднее, чем рассчитывали. Вместе со Светилом преодолели долгий. пологий подъём и оказались на ровной дороге, пересекающей жёлтое, с васильковыми брызгами, поле.
      Ло и Крис,  оживлённо переговариваясь,  уехали далеко вперёд. Френ, со смешанным чувством материнского беспокойства и женской зависти, смотрела им в спины.
     - Слушай, а ведь окрутит она его. Как пить дать окрутит. Оскар тихо мурлыкал себе под нос старые деревенские страдания.
- А? Что? Наша то? - он хохотнул, - да запросто. Прощание с другом завершилось  возле  бочки сладкого сидра и теперь его тянуло поговорить.
- Это, Френ, я тебе скажу...ты не поверишь, но я тебе скажу. Это чистая мать. Вся в неё.
- Ладно тебе, мелешь с пьяна.
- Ну! Я тебе говорю,- он ударил себя в грудь кулаком, - я же ту с молоду помню. Да и в кого ещё?  Муж её, отец нашей, значит, был маленький, худенький, как есть соловей, -Оскар сложил ладонь горстью, как-будто держал в руках крохотную птичку.
- А ты знаешь, как она его любила? О!!! Это я тебе скажу, да! Поговаривали, что он через это и помер раньше времени.
- Ну тебя, - Френ прыснула в кулак, но слушала уже внимательней.
 - Это брешут. Люди, - он с досадой махнул рукой, - всё по себе. Ясное дело. Болезный он был,грудью слабый. Так она знаешь что? Он у неё тяжелее книжки ничего не поднимал, да. А если где прислуга фортку забыла, сквозняк значит - это была чистая для прислуги смерть. Очень берегла. Очень. Но вот...жизнь. Я её спросил как-то , что больше замуж не пошла? Она ведь красавица была, да и когда сам помер, ещё ничего, - Оскар вдруг  сделал попытку приобнять Френ на ходу, но получил удар локтем в бок.
- И что она тебе сказала? - Френ уже хотела знать всё до конца.
-Сказала. Я, говорит, Оскар, ни разу не встретила мужчину, - здесь рассказчик прикрыл глаза и поднял вверх указательный палец, - способного хоть в чём -то сравниться с моим дорогим и любимым Клотцем, - его мощный подпородок дрогнул, - Во! А ты говоришь! Загадка.
     Френ промолчала, мысленно пытаясь совместить  привычный образ хозяйки с тем, что она сейчас услышала.
- И над дочкой так тряслась. Всё поэтому...Я, говорит, Оскар, хочу окружить её хорошими людьми.
- Вот и окружила, -  вздохнула Френ, она уже сочувствовала хозяйке.
- Что? А? Это точно, - крупного мужчину совершенно развезло от жары и сладкого сидра, - а с другой стороны, Френ, ну что мы с тобой,  плохие что ли люди? Он опять попробовал прижаться, но чуть было на упал с коня.
- Стойте! - крикнула с телеги Ревекка, - нас кто-то догоняет.
      Они остановились. 
- Френ, у тебя газа помоложе, не видишь, кто - пот заливал Оскару лицо.
- Это же этот, - она не могла вспомнить.
-Это Брюс, -  узнала Ревекка.
-Точно он. Что-то случилось?-  все тревожно переглянулись.
-Эй! Ты чего?! - крикнул Оскар. Брюс не ответил сразу, только когда подъехал совсем близко.
- Я поеду с вами,-  сказал он.
- Савл отпустил тебя? - удивилась Ревекка. - Нет я сам. - Ой, Боже , - Ревекка прижала ладонь к щеке и закачала головой.
- Тааак, - нараспев подытожил Оскар, - тааак. И что это значит? А я вам скажу. Это значит, что не только моя дорогая хозяйка, но и мой старый друг будут вспоминать меня время от времени добрым словом, - и он почесал затылок.
   Крис и Ло даже не оглянулись, остальные смотрели на него растерянно.
- Ну и чего стоим? Поехали. Поехали, Френ, - Оскар расплылся в улыбке и снова попытался  приобнять её,  и опять получил удар локтем. Только на этот раз, в ответ на удар он громко рахохотался.
- Поехали, Френ, - нас с тобой ждут великие дела, - он обернулся к Брюсу и Ревекке, - ну, и вы тоже. Всё решается само собой, - немного подумал и добавил, - пока решается само собой. И опять замурлыкал себе под нос старые деревенские страдания.
редька

без названия.( продолжение)

- Что такое девственница? -  Ло с разбега врезалась в Оскара. Отставной вояка  сидел в саду на ступеньках  и натягивал тетиву на маленький лук,  смастерённый из белой акации.
– Что-то не пойму, о чём ты спрашиваешь.
-  Что такое девственница? Шталь сказал, что для крыльев нужна принцесса-девственница и кавалер. Ну, такая легенда понимаешь? Они должны пройти Последний Рубеж, чтобы встретиться  с ангелами. Чтобы диск не упал, понимаешь? Оооп! – она  сыграла падающий диск.  Но он  не хочет объяснять, - девчонка запыхалась от бега и досадовала, что никак не может отдышаться. – Я подумала, спрошу,  что ли у мамы. Но потом подумала, спрошу,  что ли сначала у тебя.
– У меня, конечно, у меня. Мы с этим старым идиотом, всё тебе объясним, - работа у Оскара разладилась. Он опустил руки и от досады сплюнул в сторону, - сначала мы тебе всё объясним, а потом твоя  мамочка нам…, - и он постучал себя ребром ладони по шее сзади.
– Не правда, он не идиот, - Ло надула синие губы  и вытащила из рук Оскара незаконченное оружие.
– Нет, конечно . Ему просто нужно купить новую шляпу, вот что я хотел сказать.
– Девственница – это молодая, незамужняя дама, только и всего, - Френ смеясь  поставила на ступени корзину с сухими сучьями и травой. Из её взлохмаченных волос там и тут торчали травинки и облетевшие  лепестки,  - помоги мне развести огонь, - обратилась она к Оскару .
– Что на ночь то? Давай уж завтра, - он пытался выхватить лук у девочки.
– Ничего, я подожду,  пока прогорит, - Френ подняла голову и проследила за движением ветвей, окружавших их дерев, - да и ветер от дома.
– Как ты? – не унималась Ло. Улыбка слетела с лица садовницы.
– Что? А... не совсем. У меня был муж. Просто он пропал.
– Значит, как Магда? – Ло попыталась натянуть тетиву, - она молодая и мужа у неё никогда не было. 
– Вот-вот, - крякнул Оскар, - мужа никогда не было, зато двое ребятишек, - он с трудом вернул себе лук.
– А…значит, молодая, незамужняя дама без детей, - девочка плюхнулась на ступеньку рядом с Оскаром и  положила подбородок ему на колено, - глупый Шталь, не мог разве так и сказать. Френ присела рядом с ними,  дожидаясь, пока Оскар закончит своё дело.  Они посидели немного  в тишине.  Но тишина никогда не бывает полной. Набирал силу треск цикад, затеяли раннюю перекличку ночные коты.
– А я вам скажу, что придумала, только маме не выдавайте, - девочка уже вскочила на ноги и начала выбирать травинки , застрявшие у Френ в волосах, - ну, клянитесь. Эти двое не сговариваясь, изобразили жест страшной клятвы.
– Я ещё немного порасту, и если, тогда никто не захочет, то я сама буду.
– Что будешь? -  спросили в два голоса.
-  Ну,  принцессой же, - она уже опять сидела на ступеньках,  протиснувшись между садовницей и управляющим.
– Э-хе!  Ты, конечно, будешь знатной дамой, Ло. Но не принцессой. Тут ты титулом не вышла, - поддразнил её Оскар.
– А вот и да. Это просто слово такое. Просто так говорят, когда хотят сказать хорошее. Ты же сам сказал, когда весной купили новую кобылу – не лошадь, а принцесса. Френ рассмеялась так громко, что  сама перепугалась и зажала себе рот рукой.
– И ещё Шталь обещал мне показать книжку, где всё точно написано.
– Погорим мы когда-нибудь с твоим Шталем, - Оскар и Френ переглянулись. Он покачал головой и потрепал Ло по волосам,- чует моё сердце, погорим всей честной компанией.
редька

без названия.(продолжение)

***
- Наша земля – это  диск, огромный и прекрасный. Совершенная форма!  - Шталь начертил в пыли прутиком  фигуру, похожую на диск, чуть более выпуклый с одной стороны.  Потом показал кончиком прута на менее выпуклую сторону: - Вот на этой стороне живём мы, люди.                                                                                                 – И кошки, - добавила Ло, почёсывая  царапину на щеке.                                
 
-  И кошки, и птички, и все звери и рыбы. Здесь леса , горы и реки. Всё  на этой стороне.
– А на той что? – Ло указала кончиком туфельки на другую сторону диска и отправила в рот очередную горсть черники.  Шталь никогда не говорил с ней об этом в классной комнате. Только здесь, в глубине сада, за старой беседкой, опутанной высохшей виноградной лозой. Но эти часы обучения она любила больше всего.
– Видишь ли, Клотти, - Ло  слегка ущипнула его за колено синими от черники пальцами.
– Ну, хорошо. Хотя твоя мама будет сердиться. Видишь ли…Ло. Я, как раз сейчас пытаюсь это выяснить . Я произвёл уже ряд расчётов, но...данные, они слишком противоречивы.
– Ладно, давай дальше. Но когда досчитаешь, не забудь рассказать.
Для своих восьми лет, девочка была слишком сообразительна.  Поэтому Шталь, не смотря на большие сомнения, решил, что пришло время постепенно объяснить ей. Кроме юного возраста ученицы,  его смущало ещё не одно обстоятельство. В том числе и отношение её матери к существующему положению дел. Пригласив его в качестве домашнего учителя, она очень чётко определила, чему её дочь учить следует, а чему лучше бы поостеречься.
– Я  никому не позволю забивать девчонке голову всякими предрассудками и суевериями,- прямо заявила мать, - поэтому, Вы должны давать её только прогрессивные, практические знания, необходимые девушке из приличной семьи. Никаких выдумок и легенд.
– Ну, дальше, - голос Ло вывел учителя из задумчивости.
– Да. Так вот. Наша земля – диск, и он, - Шталь откашлялся, - летит. Ну, понимаешь… в небе. Летит. Вот так облетает  Светило, - Шталь поднял с земли два камешка, маленький и побольше, и стал показывать, как диск делает круги вокруг Светила.
– Ой, ну что ты выдумываешь, -Ло удивлялась, как взрослым людям могут приходить в голову такие глупые мысли, - даже если она диск, то как она может лететь. Девочка забрала из рук учителя  камень поменьше и подбросила его в воздух. Камень взлетел вверх и сразу же упал в траву,  неподалёку от них. – Видишь? – потом забрала у него второй камень и проделала с ним  то же самое,- видишь? Что-то не летают. Она вытерла пальцы о платье и запустила руку в маленькую корзинку . Черники осталось в половину меньше.
– А вот здесь ты как раз не совсем ошибаешься. Просто так ничего не летает. Но всё же, - он посмотрел на Ло хитрыми глазами и указал пальцем вверх.
Ло так резко запрокинула голову назад, что чуть не потеряла равновесие и не упала с низенькой скамейки,  на которой сидела. Она так и замерла, с поднятым вверх лицом. В розовом,   вечернем воздухе  кипела жизнь. Маленькими вихрями клубились мошки, парами и по одной пролетали стрекозы, суетливо сновали мелкие вороватые птахи, а в самом верху, на неподвижно раскинутых крыльях парил орёл.
– Посмотри, - почти неслышно прошептала Ло, -как красиво. Это, как смотреть в траву или в воду. Чем дольше смотришь, тем их больше.
– Да, - протянул Шталь, сидя, как и девочка с запрокинутой вверх головой.
Чуть позже Ло посмотрела на него с подозрением :- Но у дисков же не бывает крыльев, - она была так озадачена, что не замечала, как черника потихоньку  высыпается из наклонившейся корзинки.
– Не бывает . Собственно, крыльев нет, но иногда, их можно кое-чем заменить.
редька

без названия.(продолжение)

 
            Кроме проблемы кем заменить Криса, была ещё одна, не меньшая. Феникс. Согласно договору,  когда они доберутся до последнего рубежа, Феникс должен быть на их стороне. Но никто не знал,  где его искать. Поговаривали, что последние двадцать лет он прятался от людей. То в придорожном валуне, то в горластом  деревенском петухе. Феникс ничего не боялся и всегда оберегал своего  хранителя. Но где он прятался сейчас? Об этом никто ничего не слышал.                                                                                                                                 
             Еда была на удивление вкусной и аппетитно пахла. Но Ло требовалось сделать над собой усилие, чтобы проглотить хотя бы  кусок. Вот тоже. Пока их мало, можно  запросто остановиться в любой харчевне. А когда они соберут людей, даже если в половину того, на что рассчитывают. Как они будут обеспечивать себя провиантом?  Ло не подозревала, что ей придётся думать о таких вещах. Теперь ей захотелось побыстрее выбраться на улицу, в пути эти мысли не были настолько назойливы. Наконец её спутники, сытые и повеселевшие стали подниматься из-за столов. Ло тоже встала, предусмотрительно захватив какую то снедь для Замарашки. Выйдя на воздух,  поискала её глазами, но той нигде не было. Остановилась  в растерянности, и  вдруг услышала взрыв хохота с поляны, где устроили привал рубежники.
          Обернулась Ло  как раз в тот момент, когда огромный, как каменный идол рубежник ударил Замарашку прямо в центр груди. Маленькое тело от удара взлетело в воздух, как показалось, застыло вверху на пару мгновений, а потом рухнуло на землю, подняв облако пыли. Было похоже, что не все вояки одобряли такие шутки. Во всяком случае,  хохот смолк, люди стали подниматься со своих мест и, не глядя на ворох тряпья в пыли, принялись поправлять амуницию, проверять дорожные сумки. Оскар, не взирая на свой не малый и вес и тяжёлые доспехи, в один прыжок оказался  возле Ло и зашептал ей в самое ухо: "  Ты же понимаешь, нам надо ехать. Нас  ждут люди в Ореховых Холмах. Мы не можем сейчас ввязываться... Может, когда нас будет больше…тогда…  а сейчас мы должны соблюдать…Ты  помнишь, что вышло..."                                                    - Оскар, - Ло заговорила, не поворачивая к нему головы, - пошли людей. Пусть посмотрят, если она жива, мы забираем её с собой.                                                                                                                                                                                    – Ло, - Оскар прижал ладонь ко лбу, подыскивая убедительные слова,- один раз послушай старика, прояви благоразумие. Ло повернулась : " Папи, просто отправь людей."
Он опустил плечи и пошёл к обозу. Ло бросила еду, которую до сих пор держала в руках, пасущимся неподалёку курам.За её спиной  Брюс возился у коновязи. Могло показаться, что он занят седлом, но его рука находилась подозрительно близко к оружию. Бокарка отдаёт приказы, значит,  жди неприятностей. Брюс, в отличие от Оскара, никогда не спорил с ней  и ни от чего её не отговаривал. Потому ли, что слишком долго был рабом, потому ли, что приняв однажды решение следовать за кем-то, принимал и все последствия, как должное. А замарашку уже тащили к телеге.                                                                                                                                 Оскар, этот старый солдат, в губине души веривший в свою счастливую звезду, почти начал надеяться, что всё обойдётся,  когда увидел, как огромный  рубежник двинулся в их сторону. Тогда он перестал суетиться, поднял брови, как бы говоря себе: " ну что ж, котлеты, так котлеты», и встал, пытаясь закрыть плечом Ло. Рубежник надвигался. как  туча. Он подошёл почти вплотную, окинул Оскара с головы до ног презрительным взглядом и вперил взгляд в девушку. Морда широкая, как поднос. Ло смотрела на него из-под капюшона, даже не пытаясь предугадать, что будет. Мамочка, как же страшно!                                                     
  - Калеван, сучий потрох, я  что буду ждать, пока ты нагуляешься! – окликнул широкомордого старшина  рубежников. Калеван ещё постоял немного, буравя Ло взглядом, потом сплюнул ей под ноги: " Ничё, ещё разберёмся."- и пошёл назад. Оскар вздохнул неожиданно тонким голосом. Ло проводила взглядом удаляющегося солдата, посмотрела на Оскара и улыбнулась : "Видишь, папи, опять всё вышло по-твоему. Мы едем в Ореховые Холмы."                                                            
      Крис наблюдал за происшествием  через мутное окно харчевни. Он был  готов броситься на помощь своей бывшей компании. Когда стало ясно, что всё обошлось, он перевёл дух, незаметно опустил ножи за голенище пыльного сапога и надвинул шапку на глаза пониже. Крис не оглянулся, но услышал как,  сидящая у него за спиной Френ тоже облегчённо вздохнула.                    
редька

без названия.

           До вечера было ещё далеко, но в разогретом за день воздухе  уже чувствовались прохладные струи.  К тяжёлому запаху дорожной пыли добавились ароматы цветущих кустарников и терпкий дух  деревенского подворья.                                                                                                        
            Оскар едва успел придержать коня . Ехавшая сразу за ним Ло увидела,  как прямо из-под копыт метнулась маленькая фигурка, закутанная в грязные лохмотья. Подросток или женщина?  Человечек бросился от дороги к сараю, уселся на землю, прижимаясь лопатками к дощатой стене. Поравнявшись, Ло смогла рассмотреть лучше. Женщина . Прячет в складках тряпья, вырванную с риском для жизни добычу .Лицо перепачкано ,неровными хлопьями волосы, будто их выдирали из головы целыми прядями, взгляд пустой и уже через секунду в нём плещется безумие, готовое вырваться наружу. Ло отвела глаза. Отряд подъехал к постоялому двору. Чуть правее, на широкой поляне, кто,  сидя, кто лёжа, отдыхал отряд рубежников. Появляться у них перед самым носом было небезопасно. Хотя  что  было для них безопасно сейчас? Спешились, привязали лошадей, и вот уже все двенадцать путников недружною толпой ввалились в харчевню.                                                                  
             За ближайшим от входа столом сидели два солидных господина, судя по одежде иностранцы. Местный поэт ублажал их во всю похмельную мощь своего таланта. Кроме них в харчевне было ещё человек пять-шесть. Шустрая бабёнка,  заметив  вновь прибывших, заулыбалась и начала смахивать со столов несуществующие крошки. Выкрикнула что-то в сторону кухни. От всей обстановки: тяжёлых, грубо обструганных столов, свисающих с низкого потолка светильников, приглушённого гула разговоров, на секунду повеяло щемяще домашним, обжитым и основательным. А может быть,  просто так показалось, после многих ночёвок под открытым небом.                                                                                                                                     
          Сотоварищи сели не рядом, как раньше, а разбрелись по залу. Не было слышно  привычных шуток и присказок. Ло понимала, что после ухода Криса, в маленьком отряде воцарились упаднические настроения. Кто-то называл его трусом, кто предателем. Хотя никто не думал так на самом деле. В людях говорила обида. Они привыкли к парню, начали ему доверять. Нужно сказать, что симпатии он завоёвывал без всякого труда. Беззаботный, не знающий усталости и уныния…Ло знала, что Крис захочет уйти, как только узнает всю правду. Очень хотела, чтобы не уходил, хотела надеяться. Но он ушёл. Теперь ей нужно думать, кто сможет заменить его в нужный момент. Ло замотала головой в ответ на свои мысли. Только не сейчас, потом…Через  мутное окно Ло увидела замарашку, которая опять подбирала что-то в пыли. Она толкнула Оскара ногой под столом и кивнула в сторону окна. Оскар был готов к этой просьбе и уже завёл разговор с бабёнкой , расставлявшей на столе перед ними миски с  едой.                                                            
          Выяснилось, что с месяц назад замарашка прибыла к ним на постоялый двор вместе с мужем. Куда они направлялись, она не помнила. Зато рассказала, как к вечеру мужичка подпоили и уговорили сесть за карты. К утру,  он проиграл всё, что у него было, в том числе и жену. Ни его, ни этих картёжников больше никто не видел. А женщина вернулась через пару дней в жутких обгорелых лохмотьях. Она,  молча,  уселась возле сарая. Добрые люди пытались её разговорить, выяснить, кто она , и нет ли у неё родных, но ничего не вышло. Бедняжка оказалась немая. Вот и теперь она почти всё время сидит у сарая. Бывает,  кто сердобольный её накормит. Оскар не дал бабёнке продолжить, в его глазах появилось беспокойство. Он не хотел, чтобы Ло опять завела разговор о несправедливости. Но Ло  погрузилась в размышления.