Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

редька

Созвездие Зверя.(окончание)

      То он встречал её глухим рычанием и ударами в массивную дверь, а в другой день был тих и спокоен. Поднос с едой мог оказаться не тронут или  быть опустошён до последнего корешка. Ей было непросто смириться, но пришлось. Только двое в этом городе сохранили ещё какую-то связь со временем.
       Сегодня она пришла в зверинец как обычно, но не спешила кормить зверя. Сначала осторожно, опасаясь удара, приложила ухо к двери. Кажется, не спит.  Потом сама ударила дважды в дверь кулаком, уселась напротив и стала рассказывать. Она рассказала обо всём, что произошло в городе за последнее время. Вернее о том, что не произошло ничего.  Кому ещё она могла рассказать? А после этого  открыла дверь.
       Зверь не выходил, сколько она не уговаривала.  В отчаянии швырнула связку ключей в темноту каменной клетки. Звука падения не было, значит попала в зверя. И тогда он вышел.
        Он вышел, постепенно заполняя собой весь объём, казавшего до этого огромным зала. Не спеша прошёл по периметру, обнюхал стены. Раздавил деревянный ящик, подхватил выкатившуюся тыкву. Обнюхал и её ,  аккуратно положил назад. Почти без усилия выдавил наружу окно и часть кирпичей, подставил лохматую морду ворвавшемуся ветру.  Потом поднял голову и стал изучать  кирпичную кладку под потолком. Зверь ни разу не посмотрел на неё, но все её физические и душевные силы уходили на то, чтобы унять, усиливающуюся  лихорадку. Здесь он заговорил.
        Не поворачивая головы, продолжая рассматривать что-то на самом верху, он говорил отчётливо и ясно. Голос был даже не хриплый, только слишком низкий.
-Условие первое - не врать.
     Мысли в  голове метнулись, как стайка оглушённых рыб. Врала ли она когда-нибудь? Что же за жизнь была у неё, не дававшая повода даже для невинного вранья. Она попятилась и наткнулась на стоявший на полу ящик. Колени подогнулись, и она села. Подумав ещё немного, положила ногу на ногу, сцепила руки замком на груди и соврала, наверное, первый раз в жизни: " Я не согласна. Врать - моё единственное развлечение."  Зверь резко повернул голову , со злостью посмотрел из-за плеча и вернулся к своему занятию. Несколько минут прошло в молчании, а потом он продолжил : " Условие второе - ничего не загадывать наперёд".
Не загадывать? Значит сегодня не знать, что случиться на завтра. Она вспомнила несколько последних недель и ответила: " Хорошо. Это я могу. Не загадывать. На это я согласна."
             Зверь повернулся к ней всем корпусом и начал хохотать. Он так хохотал, что не удержался на ногах и шмякнулся на массивный зад. Но и тогда он продолжал смеяться, молотя себя кулаками по коленям. Наконец зверь  успокоился, вытер лапой проступившие слёзы. Потом опять посуровел, посмотрел  в упор и подвёл черту : " Думаю, договоримся ".
редька

Созвездие Зверя.

         Она ждала, стоя на безопасном, как ей казалось,  расстоянии от приоткрытой двери. Она ждала, но зверь не выходил. Чуть погодя, она подошла поближе на пару осторожных шагов, вытянула шею и позвала : " Эээй! Эй, ты там! Выходи, ты свободен. Видишь, я открыла дверь"  Никакого ответа. Никакого движения. Только слышно, как он дышит. Но она слишком хорошо изучила его за всё это время. Прислушалась к дыханию, он понимает, что она говорит. Почему же не выходит?  Ждёт подвоха или привык жить взаперти? Да, симулировать попытки освобождения и получить свободу,  совсем ни одно и то же. Может раздумывает, чем займётся, когда окажется по эту сторону двери?
         Сколько времени она сторожила зверя? Она не помнила. Вернее, сторожила всё время, которое себя помнила. Ей рассказывали, многие до неё пытались зацепиться за место в зверинце. Хорошие деньги и очень уважаемая должность в маленьком городке. Но надолго никто не задерживался. Кто начинал пить, кто бродить по ночам, кто шёл на поводу у зверя. Благоразумные, почуяв неладное, спешили сбежать по собственному желанию. А она выдержала столько времени и не сбежала. Когда она об этом думала, то так гордилась собой. И вот теперь она сама выпускает зверя.
         Всё началось с цветков колокольчика. Двух маленьких голубых цветков, запутавшихся между прутьев корзины. В тот день она вышла за калитку и, в который раз подряд,  увидела Катарину  и Хельгу, сцепившихся языками прямо посреди тротуара. И сегодня она не придала бы этому значения, и сегодня не задумалась бы, почему  в корзине Катарины который день одни и те же утка, качан капусты, молодой чеснок и большая бутыль растительного масла. Её мало интересовали чужие покупки. Но два колокольчика, свисавшие сбоку корзины, два цвека случайно прицепившиеся где-то по дороге.  Цветки были вчера и третьего дня, и неделю назад. Конечно, Катарина была рассеяной женщиной, могла не заметить, не вытряхнуть корзину. Но они бы высохли, завяли.  А колокольчики  свежие.
         Потом Пётр, уличный регулировщик. Он был с похмелья уже который день. Но это невозможно. Все знали, что Пётр пребывает в этом состоянии не чаще одного раза в неделю. Они  никогда не разговаривали,  если давно  в детстве. Сегодня традиция была нарушена : "Как дела, Пётр? " -крикнула она, удивляясь звуку собственного голоса. Регулировщик, вытиравший в этот момент пропотевшую фуражку носовым платком,  посмотрел с таким выражением, как если бы полосатый жезл попросил его о глотке колодезной воды.
          Она шла к зверинцу и запоминала подробности. Всё повторилось во все последующие дни. Катарина с колокольчиками, изумлённое лицо замученного Петра. Последней каплей стал маленький магазинчик, в который она заходила каждый вечер после работы. кусок сыра на разделочной доске. Видимо, прямо перед её приходом кто-то покупал сыр. Оставшийся кусок она изучила наизусть. Все его дырочки, их количество, форму, размеры. Она мысленно стала соединять их линиями. Получилось что-то похожее на созвездие. Дополнила контуром - похоже на зверя. " Созвездие зверя ", - произнесла она вслух.  "Прости, я не понял, " - улыбнулся Макс.  - Ничего, просто так, вспомнилось. Она провела мысленно ещё одну линию : колокольчики, жезл, созвездие зверя.
      Зверь был единственным существом в городе, менявшимся вместе с ней день ото дня.